Родилась в солнечном Узбекистане, выросла в теплом Израиле. Училась экономике и русскому языку в Еврейском Университете в Иерусалиме. На RTVi начинала рядовым редактором утренних новостей в 2002 году. Сегодня Регина Фокс - шеф-продюсер информационной службы RTVi в Нью-Йорке. Через нее проходят все тексты и новостные сюжеты. И никто не знает редакцию и ее сотрудников так хорошо, как главный продюсер новостей. 

Журналистика - как наркотик

2014.10.06

Биография Катерины Котрикадзе впечатляет.  Ей очень подходит описание из гайдаевской комедии:  "студентка, комсомолка, спортсменка. Наконец, она просто красавица!".  В свои "20 с небольшим" она успела получить Красный диплом факультета журналистики Московского государственного университета. Затем работала репортером в проекте "Опасная зона" на телеканале ТВЦ, позже - корреспондентом RTVi и радиостанции "Эхо Москвы". В 2009-ом году Екатерина Котрикадзе возглавила новости на телеканале "ПИК" в Тбилиси. В 2011-ом стала заместителем генерального директора "ПИКа". В 2012-ом Катерина вновь меняет местожительство, приехав в США по приглашению нового руководства RTVi. Последние два года -  возглавляет информационную службу телеканала в Нью-Йорке. Новый город, новый коллектив, новые темы....

 - Или, все-таки, темы остались такие же? Что изменилось с переездом?


Все изменилось, кроме меня самой. Ощущение, что уже почти 2 года живу на другой планете. Люди, город, стиль общения, вид из окна… Я сменила второй этаж тбилисской квартиры на 35-ый в Нью-Йорке. И если честно, до сих пор не по себе…  Не потому, что боюсь высоты, а потому, что вокруг слишком много стен, слишком мало пространства.  Я знаю, что в Америке оказалась временно, что это огромный, очень важный этап, но я слишком люблю свою страну – банально звучит? Не знаю, как сказать иначе. В общем, рано или поздно обязательно вернусь в «ту-часть-света». А темы – да, они тоже изменились, конечно! Раньше мне нужно было концентрироваться на Кавказе, и это, кстати, бесценный опыт. Конечно, на России тоже – потому что Россия во многом определяет расклад сил в регионе. Ну а теперь мы делаем телевидение для русскоязычных зрителей по всему миру, и тут, конечно, одним регионом не обойдешься. К примеру, благодаря RTVi я занялась изучением Ближнего Востока. И самое непростое – американской политической системы. Она замысловата, должна признать!

--- Новости на RTVi изменились. В лучшую сторону.

Спасибо, это очень важно – я, знаете, из тех, кому иногда очень нужно услышать похвалу (смеется). Скажу честно, коллектив информационной службы нужно было не просто перестроить, но и заставить людей поверить в новый подход. Сделать хороший выпуск новостей можно только в том случае, если есть команда, если есть понимание общей ответственности. Так вот, коллеги, с которыми я работаю, опытные, умные, принципиальные – они не вчерашние школьники. И это с одной стороны помогает в достижении результата, но с другой – привычка к бесконечному однообразию тормозит процесс. От телевизионных стереотипов 90-х избавлялись с трудом. Избавились, к счастью… И мне очень помог опыт, который я привезла с собой из Грузии. Когда мы делали телеканал ПИК, то руководили процессом известные журналисты ВВС, Al Jazeera, Sky News… Они заставили меня не просто понять технику правильного монтажа или принципы хорошего интервью. Они заставили поверить в самое главное – в журналистику, которая не терпит границ, которая свободна и честна. Это журналистика, о которой нам рассказывал еще Ясен Николаевич Засурский на журфаке, и многие тогда смеялись – мол, на самом деле все покупается и продается. Но, знаете, не все. Вот я горжусь своей профессией, и это огромное счастье.

--- А как обстоят дела с пресловутой "информационной политикой" на RTVi? Этим вопросом интересуются буквально все зрители телеканала - от Тель-Авива до Риги, от Нью-Йорка до Канберры. Спрашивают, "не дала ли редакция крен в сторону Кремля"?

Я вообще не умею крениться. Иначе ведь можно кого угодно в чем угодно убедить – но себя уважать перестанешь. Вот этого я страшно боюсь. Поэтому предпочитаю следовать совести. При этом терпеть не могу браваду и размахивание на каждом углу своей “особой свободой”. Мы просто делаем достойный продукт. Я как главный редактор за него отвечаю полностью, и считаю, что миллионы зрителей RTVi имеют право обладать полноценной информацией. Поэтому у нас в эфире звучит и Путин, и Аббас, и Обама – в общем, мы не склонны утаивать от общественности те или иные взгляды. Это было бы глупо… Другое дело, что журналист всегда обладает мнением – иначе он идиот, согласитесь! И здесь очень важно донести до коллег: точка зрения журналиста крайне ценна, но не для выпуска новостей. Для аналитической программы – пожалуйста! Но это другой формат, где зрителя заранее предупреждают: мы углубляемся, и если угодно, выслушайте анализ.

--- За все время работы корреспондентом ты стала очевидцем множества событий. Уверена, что зрители RTVi помнят твои репортажи о политических кризисах, показах мод, концертах, акциях протеста на Болотной в Москве, интервью с тогда еще президентом РФ Дмитрием Медведевым, президентом Грузии Михаилом Саакашвили, главой МИД России Сергеем Лавровым, и израильским министром иностранных дел Авигдором Либерманом. Их много, всех и не перечислить.. Не спрашиваю, какой материал самый "любимый". Вопрос о репортаже, который для тебя стал самым личным. Полагаю, что это российско-грузинская война 2008-ого?  

 Я очень смутно помню собственные репортажи про войну. Мне было совсем мало лет. При этом злости и обиды было много. Очень страшно, когда бомбят и умирают люди… Как-то в тумане я все это снимала, монтировала… Самый личный репортаж, конечно, связан с войной 2008-го. Он о Гиге Чихладзе, друге, журналисте. Его убили тогда на въезде в Цхинвали. За то, что он поздоровался на КПП по-грузински. Его тело долго не могли вывезти, а потом были похороны в Тбилиси, мы все снимали… Знаете, я тогда не могла начитать закадровый текст, все плакала. Но вариант “забиться в угол и рыдать” не работает в таких случаях. Пришлось собраться и сделать материал. Надо ведь рассказывать обо всем людям – они же смотрят телевизор, ждут информации. И если ты не соберешься, они не узнают, как все было на самом деле и будут верить другим “источникам”.

--- А сложно после работы в самой настоящей горячей точке пересесть в кресло директора информационной службы?  

Во-первых, кресло директора совершенно не мешает работе в поле. Если не снимать, не ездить, не задавать вопросы, не брать интервью - теряешь ощущение оперативного информирования, теряешь азарт профессии. И тогда ты становишься кем-то другим, не собой. Вот этого я категорически не хочу допускать.

 --- Получается, что телевидение - это постоянный адреналин. Не утомляет? Не хочется иногда "всё бросить и в Гагры" или, скажем, в Майами?

 В Гагры? Очень хочется, но с моей фамилией туда соваться не стоит. Абхазия давно стала мечтой для всей остальной Грузии. И для меня – я там никогда не была, не успела. Война началась, когда  я была еще ребенком, а о том, что такое Сухуми и те же Гагры узнала от беженцев – их в Грузии сотни тысяч, и все они хотят домой… Одним словом, тема тяжелая. Возвращаясь к Вашему вопросу: хочется иногда все бросить и даже получается. Но через 2-3 дня отдыха начинаю истерично изучать новости. Через неделю вою от скуки.  И с огромным удовольствием выхожу на работу. Иначе “ломка”.

--- Понимаю, наркотик. А твой недавний проект - программа "Со-Мнение" -тоже из этой категории?

Со-мнение - это некий этап в профессиональном развитии. Вообще беседа, интервью – одна из наиболее сложных форм журналистики. Быть хорошим интервьюером удается далеко не всем, и я вовсе не уверена, что я – в числе счастливчиков… Тем не менее, очень стараюсь, всегда собой недовольна, но это стимул для роста. Со-мнение – проект очень интересный лично для меня. Он абсолютно политический, это ток-шоу, в котором я была вольна задавать любые вопросы гостям. Порой бывало очень жарко.

 --- "Со-Мнение" давно не видно на экране. Программа ушла в так называемый "сезонный отпуск"?  

Это не совсем отпуск. Мы закрыли проект - с тем, чтобы сделать новый! Похожий, но другой. Родился целый ряд идей, которые было сложно внедрить в существовавший формат, и поэтому мы решили взять и запустить новое шоу. Сейчас как раз дорабатываем детали, готовимся... Ну и личные причины для отпуска у меня есть – впрочем, не буду углубляться. Пока же можно все программы посмотреть на нашем сайте rtvi.com

--- Оставлю работу, на время. Вопрос на бытовую тему. Твоя первая покупка в Нью-Йорке?

Если не считать туфель? Телевизор.

--- Теперь, спустя два года в США, ты уже практически американка. Ощущаешь себя таковой?

Нет, я себя американкой не ощущаю совершенно. Хотя  восхищаюсь этой страной совершенно искренне. А вот мой сын, который родился уже здесь, - точно американец на все сто!  

--- Поздравляем с рождением сына! А по кому или по чему ты больше всего скучаешь в Большом городе?  

По бабушке с дедушкой – они в Тбилиси.

 --- Появились ли у тебя в США новые привычки? Ну, к примеру, выпивать стакан апельсинового сока на завтрак, как все американцы в голливудских фильмах?

А разве американцы пьют апельсиновый сок? У меня появилась привычка покупать кофе в одноразовых стаканчиках каждое утро, перед работой. Это чистая Америка, и мне даже иногда смешно смотреть на себя со стороны. Но это очень удобно!

---Сама готовишь дома или муж? Кто делает твои любимые грузинские блюда?

НИКТО!!! И это – трагедия! Я вообще не готовлю, а муж готовит безумно талантливо, но редко. И вот еще одна американская привычка – мы заказываем еду на дом. Почти каждый день. И страдаем… Грузинские блюда ждут нас дома – по возвращении.

  • 3294

Виктор Топаллер: "Сегодня в Америке превалирует та часть населения, которая желает лишь брать"

2014.08.19

Брать интервью у Виктора Топаллера  - задача не из простых. Его знает практически весь мир, что там спрашивать? Подробную информацию о ведущем RTVi можно прочесть на его странице в Wikipedia, социальной сети Facebook, десятке статей и интервью. Но всё-таки, после обработки всего материала и даже продолжительного личного знакомства с Виктором, возникло чувство недосказанности. Не скрытности, не поймите меня неверно. Именно недосказанности. Благодаря обилию ярких высказываний Топаллера на разные темы, в первую очередь, политики Америки и Ближнего Востока, сотнями интервью с известными и влиятельными людьми, статьями и радиошоу, Виктор для многих зрителей, читателей и слушателей как в США, так и за рубежом, может показаться эдаким «своим парнем». Он безапелляционный критик действующего президента США, демократов, ООН, Палестинской автономии и российской власти. Топаллера называют «русским Рашем Лимбо»  ( *известный консервативный американский радио и теле-ведущий, прославившийся своими скандальными тирадами в адрес Обамы и демократов). Правда, в этом сравнении «Топаллер-Лимбо»  есть один момент, не дающий мне покоя. Лимбо поддержал Владимира Путина, когда в РФ запретили, цитата , «усыновлять русских детей американскими геями и лесбиянками».. 

- Виктор, а как Вы отнеслись к этому закону, который Лимбо, явно, то ли неверно прочел, то ли не так понял? 

Консервативные ведущие настолько устали от слабого, беспомощного, зараженного социалистическими идеями президента, благодаря которому Америка потеряла уважение и друзей, и врагов, что готовы в некоторых ситуациях одобрять действия Путина, который постоянно корежит из себя «мачо».  В данном случае, Лимбо, как мне кажется, «ухватился» не столько за усыновление, сколько за сам подход к проблеме. Я, вот, например, считаю, что сажать в тюрьму гомосексуалистов (как это делалось в СССР) – преступление и идиотизм. И при этом считаю не меньшим идиотизмом повсеместное проведение «парадов гордости»: почему надо гордиться своей сексуальной ориентацией? Зачем общество доходчиво объясняет детишкам не только абсолютную законность и прелесть однополой любви, но и несомненную выгоду этой ориентации? Попробуй, уволь гея с работы – такой вой поднимется!.. Полагаю, что ряды гомосексуалистов и лесбиянок будут неуклонно увеличиваться. Что неплохо, хотя бы потому, что вскоре гетеросексуалы окажутся  сексуальным меньшинством и смогут претендовать на серьезные льготы. И начнут парады проводить.

- Полагаю, что с Вами согласится большинство Ваших поклонников. По всей видимости, публике импонируют Ваши консервативные взгляды, открытость и прямота. Часто ли в русскоязычной среде зарубежья попадаются те, кто не согласен с такой позицией?  

Достаточно часто. Но, все-таки, общеизвестно, что большинство наших соотечественников – вменяемые люди.

- Не знаю даже комплимент это или наоборот... Почему, на Ваш взгляд, многие выходцы из СССР за границей становятся ярыми республиканцами? 

Довлатов писал, что мы не лучше и не умнее американцев, просто мы уже побывали на конечной остановке этого автобуса. Мы ведь знаем, что такое социализм не по лекциям обкуренной «красной профессуры» в американских университетах, превращающих нашу молодежь в зомби, а на собственном опыте: «Мир – это хорошо! Война – это плохо! Всем хорошую медицину и высокую зарплату! Да здравствует равенство!» И тому подобная, весьма привлекательная ахинея, оборачивающаяся в жизни своей прямой противоположностью...  И мы видим, во что превращается Америка. Очень точно сказал О`Райли: «той страны, которой гордились, которую любили и уважали больше нет». И слова Кеннеди «Не спрашивай, что твоя страна может дать тебе. Cпроси, что ты можешь дать своей стране» - безнадежно устарели. Сегодня в Америке превалирует та часть населения, которая не умеет и не хочет, что называется «давать», а желает лишь брать. Бездельники и лоботрясы. Иждивенцы. Обамовский электорат. Владимир Буковский, человек, которого я безмерно уважаю и добрыми отношениями с которым горжусь, сказал: «Когда к власти приходят социалисты – жди появления концлагерей». Так что никого не должно удивлять, что достойные уважения люди, такие Елена Боннер, Гарри Каспаров, Георгий Вайнер, Эдуард Кузнецов, Валерия Новодворская предельно ясно выражали свое отношение к западным либералам, которых Ленин презрительно именовал «полезными идиотами».

- Виктор, на вашей странице в Википедии указана цифра в 500 интервью. Отобранных, полагаю, вручную. А есть ли такие личности, политики, общественные или культурные деятели, которым бы Вы не подали руки и не стали бы интервьюировать?

Есть. У меня в студии бывали люди, к которым я, мягко говоря, не испытывал особой симпатии: Жириновский, Говорухин или покойный Балабанов. Но они, безусловно, личности, интересные аудитории. Я приглашаю таких людей в программу, отбрасывая свои личные чувства. Как бы ни возмущало меня то, что говорит и делает Говорухин, но это режиссер, который снял «Вертикаль»; очень плохую, но одну из самых кассовых советских картин - «Пираты ХХ века» и один из лучших сериалов - «Место встречи изменить нельзя». Но в моей студии никогда не могли бы оказаться деятели подобные  Проханову, Шевченко или Киселеву. Во-первых, потому что я брезглив, а, во-вторых, потому что это ничего не представляющие из себя негодяи, с которыми разговаривать не о чем.

- Ваша многолетняя карьера в СМИ и широкая известность могли бы стать дорогой во власть. Виктор, хотите Вы этого или нет, но Вы - влиятельный представитель русскоязычной общины, пример для подражания, источник цитирования. К Вам прислушиваются, читают, и если и звонят в Ваше шоу на радио, то для того, чтобы просто побеседовать, не критиковать. Может стоило бы выдвинуть свою кандидатуру на какой-то пост в правительстве? Ведь говорить и писать могут многие, а вот делать...

Мне кажется, каждый должен заниматься своим делом. Дважды в Израиле мне предлагали идти в Кнессет, причем оба раза предоставляли реальное, «проходящее» место в списке. Я отказался, не раздумывая: это не для меня. Помните, как «дубли» в «Понедельник начинается в субботу» Стругацких приходили в неистовство при виде официальных бумаг и рвали их на части? Через десять минут любого собрания/совещания/заседания я прихожу в такое же состояние...

- Виктор, короткий вопрос: деньги или слава? Выбрать только одно!

Если честно, «без понтов» - и то, и другое не может быть самоцелью. Поскольку в этом случае неизбежно приведут к краху... Вот если то, чем ты пытаешься заниматься, приносит славу и, как следствие, деньги – замечательно! Чем больше, тем лучше.

- А что Вы больше всего ненавидите?

Ух.. Много чего. Ну, навскидку... Равнодушие, лицемерие, трусость, глупость, дилетантство, слюнтяйство, необязательность. «Или когда все время против шерсти, или когда железом по стеклу». Могу всю эту песню Высоцкого процитировать, а потом еще добавлять и добавлять.. Так что лучше остановиться.

- Сложилось впечатление, что на Америку Вы смотрите как бы со стороны – взглядом бывшего израильтянина или, скажем условно, «русского»?

Со стороны виднее – я не могу с этим спорить. Я себя ощущаю тем, кто я есть: гражданином двух стран: Израиля и США. Когда жизнь заставляет меня надеть пиджак, на его лацкане можно увидеть значок – израильский и американский флажки вместе. И в кабинете у меня эти флажки. Я люблю две эти страны, горжусь их гражданством и вижу залог процветания Америки и Израиля в максимально близких, дружеских отношениях, которые так испакостила нынешняя американская администрация.


– Что тогда говорить про отношения США с Росией? Столько времени прошло с «холодной войны» и, вот, кажется, новый ее этап.  Это тупик, на Ваш взгляд? Если нет, то есть ли шанс для новой «перезагрузки»? 

А я не считаю, что с нынешней Россией надо что-то перезагружать. Надо, наоборот, разгружать. Хватит нести казуистическую чушь – «наши партнеры»... Нет никаких партнеров. Эта страна на сегодняшний день – враг Америки, и отношение к ней должно быть соответственным.

- А что же с Ближним Востоком? Пациент безнадежен? 

И будет безнадежен, пока Запад не перестанет делать хорошую мину при плохой игре. Надо просто перестать лгать. Изображать, что разговор идет о двух сторонах в конфликте, а не о героической борьбе единственного цивилизованного государства в регионе с обнаглевшими бандитами. Надо назвать убийц и отморозков - убийцами и отморозками. Дать себе отчет в том, что переговоры с террористами – тупик и катастрофа, что с пиратами в свое время справились только тогда, когда объявили их вне закона и начали вешать. Признать, что Израиль – единственный реальный союзник США в регионе и то, что хорошо для Израиля, хорошо для Америки. И, соответственно, наоборот. Если не ошибаюсь, Андрей Дмитриевич Сахаров говорил, что нравственность в политике в конечном счете приносят успех, а ложь и лицемерие, кажущиеся такими «выгодными и дальновидными», в результате приводят к краху. Необходимо прекратить всю эту белиберду с «мирным процессом». С кем говорить? С «народом», который был придуман на Лубянке для уничтожения евреев и даже не скрывает этой своей основной задачи? Что за бред?!  Не вредно бы вспомнить слова первого и последнего посла СССР в Израиле, Александрв Бовина, с которым были дружны:  «После войны 1948-1949 годов большая часть тех районов Палестины, которые по решению ООН должны были отойти арабам, так и осталась у арабов – эти районы захватила Иордания. Казалось бы, чего проще: король Иордании передает эту землю своим палестинским «братьям» и дело с концом. Но он не передал. Почему? По очень простой причине: воевали не за создание Государства Палестина рядом с Государством Израиль. Воевали за уничтожение Государства Израиль. Арафату не нужен был Западный берег реки Иордан, ему нужен был Восточный берег Средиземного моря».


- Предположим, есть возможность пожить в любую эпоху и в любой стране - Ваш выбор? 

Я может и придумал бы что-то интересное, но тут все «испортил» гениальный Александр Кушнер. Я эти строчки прочел первый раз когда мне было двадцать и с тех пор уже никогда не думал о смене эпохи:

Времена не выбирают,

В них живут и умирают.

Большей пошлости на свете

Нет, чем клянчить и пенять.

Будто можно те на эти,

Как на рынке, поменять.

- Виктор, Ваш сын в совершенстве говорит на двух языках. Но это, скорее, исключение, верно? Как добились результата, ведь дети иммигрантов в какой-то момент просто напрочь отказываются говорить на языке предков?

Нет, не на двух. На четырех. Русский, английский, иврит, французский. Как добились? Расскажу Вам одну историю. Есть у меня друг. Ему было 13 лет, когда он однажды вернулся из школы и заговорил с родителями на английском. Его отец сказал:

- Помнишь, мы с тобой договаривались? Дома мы с мамой и ты говорим только по-русски? Я понимаю, как тебе тяжело перестраиваться, но неразумно терять язык, который...

Ну и дальше, в том же духе, минут десять-пятнадцать.

Парень слушал-слушал, а потом говорит:

- Папа, а ты обратил внимание, что я при Вите никогда на английском не говорю?

- Ну, обратил.. А что?

- А знаешь почему?

- Почему?

- Потому что Витя никогда не нудит, а сразу бьет меня ногой по ж***. Может и тебе стоит так попробовать?..

А если серьезно, то это проблема не детей, а взрослых, у которых не хватило ума, желания, сил, терпения, времени сохранить у детей русский язык. Их можно только пожалеть. Мой сын перечитал всю нашу библиотеку на русском, говорит с ма-а-а-асковским «акцентом», хотя на работе общается исключительно на английском, а у себя дома на иврите – его жена израильтянка. Знате, какое это счастье, когда твой парень сидит за столом с твоими друзьями и ему не надо объяснять откуда выплыла в разговоре цитата из Зощенко или Булгакова?


- Тяжело, наверное, пришлось Вашей супруге - следовать за Вами по всему миру, привыкать к новой обстановке, языку, людям? Кто она по профессии и чем занимается в Америке?

Ну да, ей не позавидуешь... Вообще, она инженер. Но на ней всегда был дом и ребенок. И муж. И в Москве, и в Израиле, и в Бельгии, и в Америке. Она работает менеджером в медицинском офисе. Мы женаты уже, страшно сказать, тридцать семь лет. Непостижимо... Что я могу о ней рассказать? Роман надо писать о ее долготерпении и характере.. Женский такой роман, со страданиями и переживаниями. Дочка Жоры Вайнера, с которым мы очень дружили, как-то сказала ему по дороге от нас: «Какое, все-таки, у Гали трудное счастье...»


- Виктор, что, по-вашему, является самым большим счастьем? А несчастьем? 

Это очень тяжелый вопрос... Давайте так: я точно знаю, что самое большое счастье, а несчастью нет предела... Поэтому скажу только насчет счастья, хорошо? Счастье – это когда твои близкие живы и здоровы. А если еще вдобавок к этому ты занимаешься тем, что любишь и неплохо за это получаешь... Больше ничего не надо. «Лучше быть нужным, чем свободным».

- Если бы у Вас была золотая рыбка и возможность загадать три желания - какие бы они были?

Я думаю, что не очень готов к разговору с золотой рыбкой. Во всяком случае, каждый раз на рыбалке я опасаюсь ее вытащить и начать мямлить что-то невразумительное... Наверное, я бы попросил ее вместо трех желаний только одно. Но за это сконцентрироваться как следует на его выполнении: чтобы все близкие были здоровы. Больше мне ничего не надо. Все остальное я сам. 

Регина Фокс


  • 6766

Владимир Ленский: "В Нью-Йорке живет столько удивительных чудаков и гениев!"

2014.06.30

Владимир Ленский оказался в Америке по прозаичной причине – командировка. В 1998-м году он был еще совсем молодым журналистом, но уже тогда НТВ доверил ему должность руководителя бюро телеканала в США. В 2002-м российское правительство добилось того, что во главе некогда первой независимой телекомпании в стране появились "нужные" люди. Основатели НТВ были изгнаны. Большая группа журналистов, стоявших у истоков НТВ, ушла с телеканала. Ушел с ними и Владимир, но остался при этом в Америке, откуда передавал репортажи для независимых российских СМИ, пока такие существовали. С 2012-го года Владимир Ленский – на RTVi.  Сегодня он ведет еженедельную аналитическую программу «Эхо Недели» и делает развернутые репортажи о Нью-Йорке для программы "Русский Акцент".  

- Что же привело Владимира Ленского в телевизионную журналистику? Владимир, Вы, наверное, с детства мечтали работать "в телевизоре"?

- Когда был совсем маленьким, очень хотел стать пожарным. Оно и понятно – каски блестят, машины с мигалками гудят, и все кругом герои. Позже думал пойти по стопам отца. Папа был врачом, хирургом. И очень долго мне казалось, что я тоже хочу в медицину. Родители очень радовались. Я всегда был отличником, значит поступить в медицинский институт, наверное, труда бы не составило. Но тут, как назло, в 1984-м году на большие советские экраны вышел фильм "Европейская История" с Вячеславом Тихоновым в главной роли. Он блистательно сыграл теле-журналиста, репортажи которого в вечерних теле-новостях переворачивают ситуацию в городе и в стране. Там есть такая сцена, ближе к финалу, где герой Тихонова мчит на синем "Мерседесе" по улицам какого-то старинного города, за ним – погоня. В папке у журналиста документы, разоблачающие коррумпированного министра. Эта картина оказала сильное воздействие на неокрепший ум и богатую фантазию советского школьника. Я захотел стать именно телевизионным журналистом и работать обязательно на Западе. Можно сказать, я осуществил свою мечту. Только вот "Мерседеса" у меня  нет (смеется).


- Ну а как же погони, секретные документы?

- Вы знаете, этого тоже не случилось. Меня увлекли новости, они затягивают, как водоворот. Действительно, часто становишься свидетелем исторических моментов. Войны, восстания, выборы, катастрофы или, скажем, стихийные бедствия. Мне довелось поработать на многих таких событиях: на президентских выборах в Америке, на войне в Чечне и на землетрясении на Гаити. Сейчас больше привлекает аналитика, когда есть возможность взглянуть на ситуацию немного со стороны, а не изнутри. Еще нравится рассказывать об интересных людях и их увлечениях. В Нью-Йорке живет столько удивительных чудаков и гениев!

-  Кто поразил больше всех?

- Запомнился, например, такой интересный персонаж - нью-йоркский шаман. Он, вообще-то, американец греческого происхождения, а магии обучался в Африке.  Не знаю, как ему это удается, путем внушения или гипноза, но он помогает сейчас многим городским наркоманам избавится от зависимости. Этот шаман берется предсказывать и будущее, только я просил его этого для меня не делать - не хочу испортить эффект неожиданности. А еще однажды встретился необычный художник граффити. Он много лет проработал в неформальном центре свободных художников на заброшенной фабрике в Квинсе. Там все стены были расписаны. На эту фабрику приезжали даже художники из Европы и Японии. Так вот этот парень не только сам отлично рисовал красками из баллончика, он еще знал каждую картину на всех четырех этажах фабрики. Этот рассказ в прошедшем времени, потому что владельцам здания надоела эта художественная самодеятельность. Все картины закрасили белой краской, а здание, кажется продали. Его, скорее всего, снесут и построят на его месте небоскреб. С одной стороны - жаль, с другой - это Нью-Йорк, он все время меняется, обновляется. (прим. редакции - речь идет о героях программы "Русский Акцент", все выпуски которой есть на сайте www.rtvi.com) 


- Владимир, Вы готовите еженедельную политическую программу на RTVi. "Эхо недели" - это, в первую очередь, аналитика, к которой Вы так стремитесь. Скажите, кто и как устанавливает грань допустимого в программе? Как избегаете предвзятости?

- Грань допустимого устанавливает редакция. Мы говорим на все без исключения темы - и политические и социальные. Есть вещи, которых мы стараемся не допускать в эфире. Например, личные оскорбления или грубость. Критиковать можно что угодно и кого угодно, главное подтверждать свои высказывания фактами или мнением признанных экспертов. Мы не стремимся шокировать или эпатировать публику: не станем показывать в программе, например, окровавленные или обугленные тела жертв, из уважения к близким погибших и просто из уважения к чувствам наших зрителей. Ну а что касается баланса, то здесь, во-первых, срабатывает журналистская этика - привели одно мнение, приведите и другое. Во-вторых, сама редакция состоит из людей самых разных убеждений: от консерваторов до либералов, разных национальностей и образа жизни. Всегда кто-то из коллег поправит, если происходит слишком большой крен в право или, скажем, влево. 


- Ну а чем Вы любите заниматься вне рабочего времени?

- Очень люблю просто гулять по Нью-Йорку. Живу в этом городе уже больше 15-ти лет и все не перестаю удивляться. На каждой прогулке увидишь что-нибудь особенное. Мне нравится бродить по музеям, люблю хорошее кино, причем, и американское, и европейское. Очень люблю путешествовать и поесть, особенно в компании хороших друзей.

- Владимир, интересно, а среди ваших друзей больше "коренных" американцев, или все-таки русскоязычные, то есть, как мы говорим, "наши"?

- Сейчас в основном "коренные". Раньше было больше русских, в основном, журналистов. Но они потом разъехались кто куда.

- Говорят, что нам, приезжим, с американцами сложно найти общий язык. И культура, и образование очень отличаются от советского и российского. 

- Образование и культура, конечно, отличаются. Но есть вещи, которые сближают. Все мои друзья читали и Толстого, и Достоевского.  Я читал и Хемингуэя, и Скотта Фицджеральда. Фильмы смотрим одинаковые. Нам всегда есть о чем поговорить. Так получилось, что мои американские друзья большие поклонники русской классической культуры, так что это мне из-за них иногда приходится перечитывать школьную программу, чтобы не опозориться. Ну и потом, очень сближает общее мировоззрение, политические взгляды, убеждения.  


- И что же, ничего не теряется при переводе?

- Теряется, наверное, но со временем все меньше и меньше. Дело же не только в знании языка, но и в понимании местной культуры. А когда долго живешь в этой культуре, она, наверное, постепенно становится своей.

- Значит в этой культуре, в этом городе вам комфортно?

- Да, Нью-Йорк стал домом. Каждый раз с удовольствием сюда возвращаюсь, откуда бы не приехал – из Парижа, с Аляски или греческого острова.


  • 7308

Лиза Каймин: "Новости - это образ жизни"

2014.06.26

Приехав в Америку по большой и чистой любви в 22 года, выпускница Санкт-Петербургского театрального института вскоре стала одной из самых известных новостных ведущих русскоязычного медиапространства за пределами России. Сегодня Лизу Каймин знают не только в США и Израиле, но также в странах бывшего СНГ, Европы и даже в Австралии. Свою карьеру за рубежом Лиза начинала с работы на радио, затем было развлекательное теле-шоу "Вечерний Нью-Йорк"на RTVi и потом - корреспондент на RTVi. Это было почти 10 лет назад. Сейчас Лиза Каймин ведет на RTVi новости, а ее авторскую колонку публикует один из известный глянцевых журналов. А ведь в детстве Лиза мечтала быть...

- Действительно, Лиза, а кем ты хотела стать, когда была маленькой? 

- Да кем только не хотела! И балериной, и художником, и пианисткой. Одно знала точно - профессия моя будет творческой. После школы, собрав все увлечения воедино, решила что театральный для меня “самое то”, и поступила на актерский факультет.  Честно говоря, мне повезло, так как с детства меня окружали талантливые творческие люди. С маминой стороны все художники, дедушка и бабушка были учениками Петрова-Водкина. Мама и её брат - тоже художники. Именно мама научила меня ценить прекрасное, разбираться в искусстве. Мама вообще моя лучшая подруга. Папа  - по образованию филолог и философ, всю жизнь преподавал философию. Я думаю, что мое трепетное отношение к русскому языку, передалось мне именно от папы. Мой старший брат, кстати, закончил филологический, затем пошел в журналистику, начинал с новостей. Можно сказать, что я следую по его стопам, хотя работали мы по разные стороны политических баррикад. Сейчас он возглавляет ведомственный комитет по культуре, а я остаюсь верна новостной службе RTVi.  

- Ритм новостей - это особый драйв и, наверное, сумасшедший график?

- Я бы сказала, что новости - это образ жизни. Это не та профессия, где ты вышел с работы и забыл о ней до следующего дня. Это нечто постоянно меняющееся и трансформирующееся, и чтобы адекватно доносить происходящее до зрителя, необходимо ежесекундно быть в курсе событий. Человек, работающий в новостях, засыпает в интернете и там же просыпается. Иногда утром за чашкой кофе можно и печатное издание полистать - приятный ритуал. Зайдя в новостной отдел,  у кого-то может создаться впечатление, что это редакция - это сумасшедший дом. И это правда! Но мне в этом доме очень уютно, ведь я такая же сумасшедшая. Нормальный человек в новости не пойдет. (Смеется) 

- Остается ли время на личную жизнь? 

- Стараюсь выкроить. У моего любимого человека тоже плотный график.  Поэтому стараемся проводить каждую свободную минуту с пользой - театры, выставки, ну и друзья, конечно. Летом почти каждые выходные выезжаем к океану. Недавно у нас появилось пополнение - завели собаку. Она у нас двуязычная – я с ней говорю по-русски, а по английский с ней общается  Кайл  (прим. ред. Кайл Роско - успешный предприниматель, занимается недвижимостью)  


- Получается, что дома ты тоже говоришь по-английский, а не только по-русски? Не сложно?

- Поначалу напрягало, сейчас не замечаю. 

- То есть, трудности перевода тебя не смущают. А как же общие точки - Чебурашки, там, “Бриллиантовая рука” или , скажем, “Покровские ворота” - знакомишь ли Кайла с русской культурой или советским прошлым?

- Что-то конечно рассказываю, но я убеждена, что Чебурашка - не залог единения душ, а “Бриллиантовая рука” - не единственный путь к взаимопониманию. Мне гораздо важнее то, что он читал Достоевского и любит Веласкеса. Вообще, если честно, единственное, что меня огорчало при мысли об отношениях с американцем - то, что он никогда не сможет оценить мой город и мою “родословную”, которой я очень горжусь. Но самое смешное, что как раз Кайл, в отличие от русскоязычных избранников, смог это все понять. Мы недавно были с ним в Санкт- Петербурге, исходили чуть ли не весь город пешком, все соборы и дворцы, Кайл познакомился с моими родными. Восторгу его не было предела. Постепенно знакомлю его с русской кухней. Оливье, борщ и чебуреки уже в списке его любимых блюд. Селедка под шубой пошла с трудом,  а к шпротам он вообще отнесся с глубоким презрением. До сих пор рассказывает друзьям-аборигенам, как я пыталась накормить его кошачьей едой с отвратительным запахом.

- Значит, вы находите общий язык. Всегда ли? За кем последнее слово в споре? 

- Может быть, это прозвучит странно, но у нас вообще нет ссор или каких-либо споров, так что пока не знаю, за кем последнее слово. 

- А что можно сделать, чтобы тебя переубедить?

- Аргументировать свою точку зрения. Как известно, в своей правоте безоговорочно уверены только дураки. С возрастом человек вообще становится более гибким. Чем больше жизненный опыт, тем меньше уверенности в том, что ты что-то знаешь наверняка. Я, как правило, открыта для диспута. 

- На работе все сама или все-таки прислушиваешься к чьему-то мнению?

- На работе прислушиваюсь в первую очередь. Благо, есть вокруг люди, к которым не грех прислушаться. С коллективом повезло, профессиональная команда! 


- Что тебе больше всего нравится в твоей профессии?

- То, что в ней я могу использовать свои актерские навыки. Еще я постоянно чему-то учусь, не стою на месте.  Это важно. Благодаря журналистике, встречаю много интересных людей. Для меня очень ценно общение. 

- Если не Нью-Йорк, то где бы ты хотела жить? Где тебе комфортно?

- Не думаю, что смогла бы где-то еще жить. Нью-Йорк уникален тем, что может стать настоящим "домом" для всех, и неважно, откуда ты приехал. Но пару лет пожила бы в Париже. А когда-нибудь, наверное уже в преклонном возрасте, хочу переехать в Майами - люблю тепло. 

- И последнее - совет от Лизы Каймин - как оставаться такой же молодой, красивой и стройной? 

- Спасибо за комплимент! Любимый, любящий, желательно моложе на несколько лет,  энергичный мужчина! Всё. 


  • 6610