Артемий Троицкий : "Появится новая русско-китайская раса, которая станет доминирующей на Дальнем Востоке и в Сибири". ОСОБОЕ МНЕНИЕ 22.05.2014

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Здравствуйте. Мы уже в эфире, Артемий Кивович. 

А.ТРОИЦКИЙ: (смеется) 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Пожалуйста. Программа «Особое мнение». Меня зовут Татьяна Фельгенгауэр, а по первым звукам этого эфира вы поняли, что в эфире – Артемий Троицкий, который пересказывает тексты группы... 

А.ТРОИЦКИЙ: «Голый повар». 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: «Голый повар». 

А.ТРОИЦКИЙ: «Голый повар», да. Ты что, наших телок поиметь решил? А я отвечаю «А мне Путин разрешил». Это вот у меня майка такая, откуда, собственно, и пошел разговор, что у меня майка с надписью «Мой член – сторонник перемен». Это тоже песня группы «Голый повар». Спасибо большое. А это мне чай зеленый принесли. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: У нас, да, сегодня фееричекий эфир. Очень хорошо всё начинается, да. Спасибо большое. Ну вот про майку поговорили, про группу поговорили. Давайте про другую теперь, про группу «Бегемот». Такая польская очень известная группа, металл они играют. Но у них неприятности возникли в России. Штраф 2 тысячи рублей и обязательство покинуть Россию. Нету разрешения на то, чтобы здесь работать, а они дают концерт, у них там было запланировано 13. 4 сыграли и встречают их не то, чтобы прям все с радостью, потому что наши любимые и очень всегда активные религиозные люди протестовали, в частности, в Москве против их выступления, писали мэру, говорили, что программа группы насыщена элементами оскорбления чувств верующих – это цитата. 

Насколько вообще вот такие обращения сильно мешают музыкантам, когда религиозные активисты выходят и говорят «Мы не хотим»? 

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, я так думаю, что можно найти огромное количество всевозможных артистов, а также художников, а также танцоров и прочее-прочее, различные элементы выступления которых могут по идее того или иного верующего оскорбить. В чем-то христианина, в чем-то иудея, в чем-то мусульманина и так далее. Потому что вообще на этих верующих – на них, конечно, вежливости не напасешься, естественно, потому что религий довольно много, у всех религий есть какие-то свои священные коровы, какие-то свои табу, что-то такое, что может обидеть, и прочее-прочее. Я считаю, что... 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: И Уголовный кодекс их защищает. 

А.ТРОИЦКИЙ: Уголовный кодекс их почему-то защищает, хотя, естественно, защищает очень выборочно. Я так думаю, что в данном случае, естественно, имело место вот это самое выборочное правосудие. Думаю, что к этим бегемотам польским прицепились скорее не из-за того, что они там какие-то особые богохульники, а, может быть, потому что они поляки, а с Польшей у нас сейчас отношения плохие. В то же время Польша не Америка, как бы, пнуть ее можно, да? Понятно, что Госдеп по этому поводу ноту протеста не пришлет. 

В принципе, вся эта ситуация абсолютно не логична. Поскольку, разумеется, имеются рок-клубы, в которые ходят на 99,9%, а, может быть, и на все 100% исключительно фанаты данного музыкального направления. Скорее всего, даже и данной группы. 

Соответственно, вот, они пришли, послушали любимые песни, насмотрелись на любимые оккультные символы и так далее. На концерты группы Бегемот ни один православный и вообще, я думаю, ни один человек старше 30 лет не пришел бы ни за что. Спрашивается вообще, где тут может взяться факт оскорбления? Точно также у нас в стране имеются, ну, пока что, по крайней мере, имеются (может, скоро закроют), имеются гей-клубы, имеются стрип-клубы, имеются свингерские какие-то клубы. Ну, в общем, имеется масса всего экзотического, где можно глубоко и искренне верующему человеку оскорбиться так, что группа Бегемот просто покажется плюшевым бегемотиком на этом фоне. 

Тем не менее, почему-то на них в суд не подают. А просто-напросто туда не ходят. То есть одно дело, имеется телевидение, которое тебя преследует повсюду. И если ты от этого поганого зомбоящика физически не избавился, то он тебя будет доставать и дома, и в офисе, и в магазине. А другое дело, вот, все эти какие-то клубы, подвальчики, галерейки и прочее-прочее – их-то зачем дергать? 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да, но мы же тут же сразу вспоминаем, как на спектакли иногда приходят активисты православные и там устраивают какие-то акции. Ну, я уже молчу конкретно про выставку «Осторожно религия». 

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, дело в том, что выставка «Осторожно религия», я думаю, была изначально задумана как своего рода провокация, направленная на то, чтобы возбудить некую дискуссию и так далее. В данном случае за что боролись, на то и напоролись. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но в театр приходили. 

А.ТРОИЦКИЙ: В театр приходили. То есть, естественно, речь идет о спектакле Кости Богомолова в МХТ. Ну, опять же, в театр ходят самые разные люди – и стар, и млад, и атеисты, и православнутые, и кто угодно. Но я в данном случае говорю о таких сугубо нишевых вещах как то рок-клуб или, как я уже говорил, там какая-нибудь садомазосауна. Туда-то зачем православным соваться? Им там делать вообще нечего – они никогда в жизни бы об этом не узнали. Если бы им кто-нибудь не стукнул и не капнул по поводу этого Бегемота, еще неизвестно, каким образом это произошло. Может, внучек у какого-нибудь православного активиста – любитель группы Бегемот, и вот от этого, значит, ниточка и потянулась. 

Но вообще эта история – она, конечно, очень противная, потому что при желании можно что угодно притянуть за уши под эти статьи. А факт состоит в том, что все виды культурного обмена и гуманитарных связей между РФ и зарубежными странами сейчас сворачивается, причем со страшной силой. То есть это касается и театра, это касается и изобразительного искусства. По поводу кино ничего не могу сказать, но думаю, что тоже. То есть не только наука, технология, ракетостроение и так далее становятся жертвами этой всей гнусной истории. 

В общем-то, и такие, в принципе, вполне безобидные вещи как музыка тоже. Вот, я только что говорил по поводу замечательного московского летнего музыкального фестиваля «Пикник Афиша». Вот, выяснилось, что несколько известных зарубежных ансамблей, которые уже фактически были подтверждены, они отозвали свои согласия на участие в «Пикнике Афиша». Ну, в частности, очень известная британская группа (НЕРАЗБОРЧИВО). И они туда не приедут. Естественно, вот под всеми этими соусами. А соусы там такие, разнообразные. То есть, ну, один соус – он такой, конкретно остро-пикантно-политический, то есть в знак протеста против Крыма, против политики кровавого режима и так далее. Но помимо вот этого такого сформулированно осознанного отказа имеются и такие, сугубо утилитарные и бытовые, что страна у вас какая-то стремная, жить у вас небезопасно. То у вас тут геев хватают, то какие-то активисты куда-то лезут и так далее. А мы – артисты, мы любим, чтобы было хорошо и комфортно, и чтобы были все гарантии мягкости и пушистости. Вот так что пока пока. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну а как же вот это вот, культура вне политики? Нет? 

А.ТРОИЦКИЙ: Что значит «культура вне политики»? Я говорю, тут не обязательно речь идет о политических мотивах. Чаще всего в качестве мотивации вот этих самых отказов называются такие, вполне нейтральные вещи. То есть вы не можете обеспечить нам безопасность. У вас в стране бардак, у вас хрен знает что происходит, у вас ходят там какие-то фундаменталисты, у вас что-то взрывают террористы и вообще нафиг нам это надо даже за тройной гонорар? 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, слушайте, терроризм – это международное явление, к сожалению. 

А.ТРОИЦКИЙ: Нет, ну, дело в том, что есть страны, где терроризм – это что-то из ряда вон выходящее, а есть страны, где терроризм... То есть, есть страны, где терроризм – это просто норма жизни, поэтому естественно в Ирак вообще никто и никогда не поедет. А есть страны где-то между первыми и вторыми. И Россия принадлежит как раз к их числу. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Артемий Троицкий в программе «Особое мнение». Давайте про Крым немного поговорим. Сегодня газета «Ведомости» написала, что госкомпании выделяют миллионы рублей на отдых сотрудников в Крыму. И, вот, в ближайшее лето собираются очень многие государственные компании отправлять своих работников, их семьи в Крым отдохнуть, поддержать туристическую отрасль экономики. Ну, тут, правда, поясняется, что, вроде как, не было никакого прямого указания. Так, рекомендация. Правильно? Поддержим Крым? 

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, я не знаю. Я полагаю, что те отдыхающие, которые отдохнуть хотят, то они, естественно, в Крым не поедут. При этом, разумеется, что их можно простимулировать таким образом, чтобы, скажем, эта поездка им ничего не стоила. Сказать «Вот, если ты поедешь в Крым, Иван Иваныч, то и тебе, и жене твоей, и двум детям сопливым мы дорогу оплачиваем, путевку оплачиваем. Вот только поддержи, пожалуйста, нашу крымскую государственную политику». 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да-да-да. Государственные компании будут тратить деньги именно так. 

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, что делать? Если у Ивана Иваныча с деньгами совсем плохо, я допускаю, что он туда поедет. Хотя, естественно, намного разумней, если ты, на самом деле, о семье и детях заботишься, поехать не в Крым, а практически в любое другое место на теплом море. 

Меня, кстати, из Крыма больше заинтересовала другая новость. По-моему, у нас об этом даже и не писали. А именно то, что компания Лукойл продала всю свою сеть заправок в Крыму. Вот, это российская компания Лукойл наша нефтяная, и у них в Крыму были заправки. И, вот, Лукойл все эти заправки крымские продала известному такому Курченко, другу Януковича. Ну, у него уже там какая-то своя компания, свой бренд и так далее, и они уже там посдирали лукойловские логотипы. И вот таким вот образом это всё произошло. Вопрос – почему? Ответ естественный: потому что боится Лукойл американских санкций. 

А у Лукойла, на самом деле, в Америке довольно много заправок – я их сам там видел. То есть едешь по Америке совершенно такой, как бы, инопланетный пейзаж и вдруг видишь, заправка Лукойл. Это очень сюрное зрелище. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Гордость за страну сразу. 

А.ТРОИЦКИЙ: Да. Но, в общем-то, как-то... Ну, не могу сказать, что возбуждает и вдохновляет, тем более, что компанию Лукойл после известного случая на площади Гагарина с аварией их вице-президента Баркова я бойкотирую, тем не менее, это было любопытно видеть. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Наш слушатель спрашивает у вас «А вы бы поехали сейчас в Крым отдыхать?» 

А.ТРОИЦКИЙ: Я думаю, что я не поехал бы в Крым отдыхать ни в коем случае. То есть я там был. Ну, почти ровно 3 года тому назад был я там в Алуште. Отдыхал в прекрасном санатории под названием «Море». Это санаторий, который построил и довел до ума такой Александр Лебедев. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Есть такой. 

А.ТРОИЦКИЙ: Известный наш олигарх и хулиган. Хулигарх – так можно сказать. Вот. И это, на самом деле, шикарное место, очень хорошее, с красивыми видами, удобными коттеджами и всё остальное. Но вот стоило выйти из санатория или пансионата (я не помню, как он называется) под названием «Море», как ты словно оказывался бы в другой стране. То есть жил в первом мире, а оказался в третьем. Потому что там, конечно... Ну, там совсем убого в Крыму. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Сейчас мы всё поправим там. Все так активно занялись благоустройством, так что думаю, что всё там будет красиво и нарядно. 

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, посмотрим, поправим или нет. То есть если в Крым поедут ребята, у которых нет денег для того, чтобы поехать в подмосковный пансионат, я думаю, что эти ребята вряд ли в Крыму что-нибудь поправят. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Там другие ребята найдутся, Артемий Кивович. 

А.ТРОИЦКИЙ: Скорее они его засрут еще в 10 раз сильнее. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Украинские выборы уже в ближайшее воскресенье. Будут там голосовать. Президентские выборы. Арсений Яценюк, премьер-министр страны полагает, что ничто не может помешать проведению президентских выборов. Как вы считаете, вообще всё там нормально пройдет, учитывая то, что там в Донецке не собираются никакие выборы проводить? И как это скажется на признании или непризнании результатов? 

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, я так думаю, что по поводу Донецка и Луганска, естественно, вопрос остается открытым. Точнее, практически закрытым. Скорее всего там с выборами будет большая проблема. Во всей остальной Украине выборы, естественно, пройдут и думаю, что без каких бы то ни было эксцессов. Разумеется, всем мировым сообществом результаты этих выборов будут признаны, и ООН, и всякими евросоюзовскими институтами. 

Признает ли их Российская Федерация? Ну, это, как бы, зависит от степени оборзелости наших руководителей. Думаю, что они... Ну, как обычно это у нас делается, как бы, они займут какую-то половинчатую позицию типа, с одной стороны, да, с другой стороны, нет. Вот здесь вот признаем, а здесь не совсем, и легитимность эта сомнительная. 

Ну, в общем, на самом деле, пусть говорят, что хотят, потому что все остальные эти выборы признают. Я абсолютно уверен, что даже такие граждане как Лукашенко и Назарбаев их тоже признают. Так что если Путин в очередной раз захочет остаться в неблестящем одиночестве, это, как бы, его дело. Это его проблемы. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну а Донецк и Луганск? 

А.ТРОИЦКИЙ: Донецк и Луганск – я думаю, что реальные выборы там состоятся, возможно, отдельно от всей Украины, но состоятся достаточно скоро, потому что я думаю, что вот этим республикам – и Донецкой, и Луганской – естественно, им скоро конец. Потому что, ну, нет у них шансов на выживание без того, чтобы Россия открыто не встала на их сторону и не стала бы их поддерживать не только подготовленными в Ростове-на-Дону диверсантами, но уже и конкретными войсками, а также визитами всевозможных крупных правительственных чиновников и так далее. Этого не будет, судя по всему. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Почему? 

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, потому что, вроде бы как вся эта махина – она сделала разворот. То есть был момент (я тут об этом, кстати, высказывался)... Вообще странно: все инсайдеры прекрасно знали, что в ночь с 24-е на 25-е апреля было принято решение о введении российских войск в Украину. И уже там были отданы команды и подняты в воздух самолеты, и войска придвинулись вплотную к границе и так далее. 

Потом Путин передумал и, значит, дал задний ход. Все об этом знали. Один я как неразумный мальчик из сказки Андерсена об этом что-то сказал в эфире. Ну, потом я понял, почему. Потому что, на самом деле, в общем-то, никому это не надо было, да? То есть нашему народу, естественно, которому лепят образ Путина как человека прямого без страха и упрека, обладающего тактикой, стратегией и так далее. Все вот эти колебания нашего великого кормчего, ну, абсолютно ни к чему. 

Западу это, в принципе, тоже знать ни к чему, поскольку на Западе Путиным стращают, а тут оказывается, что он тоже, как бы, человек и не особо страшный, а может себе позволить и какие-то нормальные человеческие поступки. Почему он пошел вспять, я не знаю. Вот, я полагаю, что точно не из-за того, что он сильно миролюбив. Думаю, что... 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Расчетлив. 

А.ТРОИЦКИЙ: Скорее расчетлив. Но расчетлив не в том смысле, как обычно у нас говорят. То есть я не думаю, что его смутили какие-то экономические выкладки по поводу того, что если мы введем войска в Украину, то там будут какие-то бешеные, многомиллиардные затраты, потери и прочее-прочее. 

Тут у наших властей имеется прекрасный способ. То есть любое количество миллиардов, значит, можно изъять из бюджета, из социальных программ. Если не из социальных программ, значит, из малого бизнеса, из среднего бизнеса, новые налоги и так далее. Если даже это не помогает, естественно, можно попотрошить олигархов «Ну-ка, давайте, ребята, скидывайтесь, а то будет вам как Ходорковскому». В крайнем случае я так думаю, что можно вынуть деньги даже из карманов Ротенбергов и прочих: «Парни, вы мне всем обязаны. Ну-ка, 10 лямов, пожалуйста». 

Так что это как раз не проблема. Украинская армия тем более не проблема. То есть не думаю, что тут были какие-то соображения такие, военно-стратегические. Украинская армия, судя по всему, вообще недееспособна. 

В Киеве просто была паника в начале мая, потому что прошел там слух и очень сильный, что Путин отдал приказ к 9 мая, ко Дню Победы захватить Киев. И паника была потому, что украинцы поверили. Они знали, что если, на самом деле, наша военная машина, встречая на территории Украины примерно такое же сопротивление, как нож в масле, они не сомневались в том, что да, он вполне может за несколько дней к 9 мая форсировать Днепр и так далее. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, это какой-то странный слух. Странно его всерьез обсуждать. 

А.ТРОИЦКИЙ: Но я говорю, что в Киеве это реально обсуждали, и миллионы людей были по этому поводу в сильнейшем напряге. Я это говорю не к тому, что слух этот был такой, основательный. Естественно, это был бред. Я говорю к тому, что люди прекрасно понимали, что если вдруг, то вот так вот оно и будет. 

Так что украинская армия тоже не аргумент, соответственно, значит, один возможный аргумент – это, все-таки, западные санкции, причем, я думаю, в первую очередь санкции вот эти вот все персональные, которые бьют и по родственничкам, и по женам, по детям, и по карманам, и по виллам, и по яхтам. 

С другой стороны, я думаю, скорее всего, вот на фоне последних восточных событий, я думаю, что, скорее всего, китайцы Путина окрикнули и сказали ему «Ты что, парень. Мы готовимся тут к великой дружбе, а ты на нашей западной границе в это время бузишь. Что за ребячество? Устроил там какую-то разборку. Давай-ка, чтобы перед историческим визитом в Шанхай, чтобы всё там успокоилось и чтобы американские мерзавцы не могли предъявить претензии. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Интересное предположение. Сейчас сделаем паузу 3 минуты. Про Китай тоже поговорим, но уже в следующей части программы. 

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Продолжается программа «Особое мнение». Артемий Троицкий – главный герой этой программы. Давайте про Украину продолжим, но вот в каком контексте. Уже несколько дней практически в плену находится двое российских журналистов, я говорю о журналистах LifeNews Марате Сайченко и Олеге Сидякине. Уже все высказались. Уже ОБСЕ и американцы. Ну, я уже молчу про российский МИД, Госдуму, про российских коллег-журналистов. Ничего не помогает. Что это такое? Почему журналистам не дают выполнять их профессиональную деятельность? Кто может повлиять на Украину? 

А.ТРОИЦКИЙ: Татьяна, это вы меня спрашиваете? Я не могу повлиять на Украину, честное слово. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Не можете повлиять? 

А.ТРОИЦКИЙ: Нет, ну, то есть я так думаю, что история эта, естественно, довольно мутная. То есть я прочел блог украинского журналиста по фамилии Горобец. Надо сказать, что меня сильно покоробил этот блог, потому что я столкнулся там с тем, что в этой самой Украине, оказывается, действуют точно такие же методы киселевской пропаганды как у нас. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Разумеется. 

А.ТРОИЦКИЙ: То есть такая, истеричная, демагогичная статья с кучей передергиваний, с какими-то похоронками и так далее. Эта статья мне крайне не понравилась. Но потом, когда наши бросились их защищать, ну, при таких защитниках, конечно, и обвинителей не надо. Скажем, прочел я блог какого-то мужичка из «Комсомольской правды», где он пишет о том, что это вообще всё снимали самые ополченцы и, главное, на мобильный телефон. Я так думаю, что не надо быть никаким особым экспертом, чтобы понять, что качество и съемки, и качество звука, а также то, каким образом держится, установлена камера, это всё практически гарантия того, что это снималось, на самом деле, на профессиональную камеру, а не на какой не на мобильный телефон. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вот за этими какими-то взаимными обвинениями почему-то все забыли о судьбе, собственно, журналистов. 

А.ТРОИЦКИЙ: О судьбе журналистов, я так думаю, многие помнят. Я знаю, что ОБСЕ прямо сейчас, можно сказать, в эти минуты усиленно занимается тем, что пытается к этим журналистам проникнуть. Я знаю, что Human Rights Watch, которых у нас сильно не любят, но которые, на самом деле, абсолютно спокойная и объективная правозащитная организация. Я знаю, что они уже выступили в защиту этих журналистов. 

Ну, в принципе, тут есть, конечно, один такой достаточно скользкий этический момент. Знаешь прекрасно все эти споры о том, скажем, журналист, фотограф снимает умирающего ребенка – вот, что он должен? Вот, он должен спасти этого ребенка умирающего, накормить его? 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это классический спор. 

А.ТРОИЦКИЙ: Вот! Вот. Это классический спор. В данном случае, как бы, имеется такая пограничная периферийная разновидность этого же классического спора – имеют ли право журналисты сопровождать боевиков во время их операций? То есть вот это вот этично или нет снимать, как люди проводят теракты, снимать то, как люди убивают других людей. Притом официальных представителей власти. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Журналисты работают в горячих точках. Вот, с момента появления журналистики, журналисты работают в горячих точках. Всегда. 

А.ТРОИЦКИЙ: Татьяна, работать можно по-разному. То есть можно работать, как бы, не примыкая ни к одной из сторон и снимая всё это, как бы, с высоты или со стороны, или с точки зрения птичьего полета, или как-то еще. А можно явно быть пристегнутыми к какой-то определенной силе, причем которая явно занимается какими-то, ну, мягко говоря, более чем сомнительными акциями. И вот тут вот возникает большой вопрос – а вот это можно или нет? Это вообще соответствует профессиональной этике журналиста или нет? У меня на этот вопрос ответа нет, я тебе сразу говорю, так что и спорить тут не надо. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: О’кей. Ну, просто я напомню, что когда была история с «Арктик Санрайз» и там был задержан фотограф Денис Синяков, и тоже были все те же самые вопросы. 

А.ТРОИЦКИЙ: Деточка, ты сравнила фотографа, который снимал мирных экологов, с людьми, которые говорят «Так, вот эту добить надо». 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Их обвинили в терроризме. Вот, вы поговорите с представителями погранслужбы. 

А.ТРОИЦКИЙ: Это было бредовое обвинение. Вот, на эту тему я уже много раз высказывался. Тут даже сравнивать нечего: это совершенно разные вещи. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Журналист должен работать в любых условиях. Всегда. И должен иметь возможность работать. 

А.ТРОИЦКИЙ: Я уже сказал всё, что хотел сказать на эту тему. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: О’кей. Давайте про Китай, потому что я обещала, что мы обсудим. 

А.ТРОИЦКИЙ: Мне? Да, давайте. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Я могу сама с собой обсудить Китай, в принципе. Мне тоже есть, что сказать. Сближение с Китаем, подписанные, спустя 30 лет (30 лет ждали контракт), подписали сделку. Тут все обращают внимание на то, что это такой, показательный, важный момент, мы повернулись к Китаю, Западу показали, что «Ребята, у нас есть мощная альтернатива». Или, в принципе, и так, и так мы бы шли в том направлении? 

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, я так думаю, что мы и так, и так уже были больше на Западе, чем на Востоке, точнее больше на Востоке, чем на Западе. Да, я почитал тут всякие комментарии по этому поводу. Надо сказать, что у меня отдельная точка зрения. Почитал, в частности, комментарии разных своих приятелей, так называемых оппозиционеров – там Немцов, Алексашенко и прочие-прочие, которые все страшно скорбят по этому поводу и говорят «Вот, там зависимость от Китая, огромное количество денег будет потеряно, то-сё и так далее. Да и независимость мы утратим». 

То есть они, на самом деле, стоят, как я понял, на каких-то таких державно-государственнических позициях типа Рогозина и так далее. Я стою на совершенно другой позиции. Мне, в общем-то, наплевать на все эти масштабные свершения. Для меня страна – это люди. А я знаю, что при китайцах людям или, можно сказать, людЯм будет жить гораздо лучше. 

Вот, знаешь, скажем, Тань, какая главная мечта выпускниц средней школы города Благовещенска, столицы Амурской... 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Что, выйти замуж за китайца? 

А.ТРОИЦКИЙ: Выйти замуж за китайца. Почему? Потому что китаец не пьет, потому что он не бьет, потому что работящий и приносит домой деньги и так далее. При новых отношениях с Китаем этих китайцев... Их там уже довольно много, а будет еще в 100, в тысячу раз больше. И это составит счастье огромное количество русских женщин. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Школьниц средней школы. 

А.ТРОИЦКИЙ: Что будет с русскими мужчинами, это, как бы, отдельная история. Но для меня в данном случае важнее русские женщины, которые заслужили того, чтобы их как минимум не били и не втравливали в пьянство. Так что это, по-моему, очень здорово. И появится новая русско-китайская раса, которая станет доминирующей на Дальнем Востоке и в Сибири. Что это будет за раса, что за люди, я не знаю. Я думаю, что они будут в большей степени китайцы, чем русские, по менталитету, но, может быть, в большей степени русские, чем китайцы, скажем так, по культуре. Вдруг так. Это может быть довольно интересно. 

Потом с другой стороны, если к этому делу подойти, понятно, что в России промышленность находится на грани коллапса, наука практически закончилась вообще, технологий современных практически нет, всё, что осталось, это какие-то старые советские наработки вроде тех, что мы пытаемся еще китайцам впарить. Ничего этого нет, да? 

Для того, чтобы всё это поднять, вот как хотят Немцов и ему подобные, для этого требуется огромное количество денег, вообще перестраивать, переламывать всю страну. Да и вообще можно ли это поднять, если почти все стоящие ученые уехали за границу, если вся профессура, опять же, или вымерла, или уехала за границу? Откуда людей взять для того, чтобы всё это поднимать, возвращать? Нет у нас для этого никаких ресурсов. А в данном случае прекрасная возможность. 

У нас может быть передовая технология, сильная промышленность. Ну, по поводу науки мне трудно сказать. Вот, естественно, это всё будет китайское. Но при этом на нашей территории. Ну а почему бы нет? 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А как же наша самоидентичность, вот это всё? 

А.ТРОИЦКИЙ: Это литература, кино останется. Никита Михалков там, это... Ну, то есть кому надо, с тем останется... 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Великая Россия будет. 

А.ТРОИЦКИЙ: Мне это нафиг не надо. 

Значит, дело в том, что надо просто проникнуться мыслью о том, что Россия – это, действительно, родина слонов, то есть Россия – это Африка. Лучшим периодом для Африки была, наверное, первая половина XX века, когда это были английские, французские, бельгийские и так далее колонии. Там было очень здорово. И после того, как они... 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Я оставлю без комментария, с вашего позволения. 

А.ТРОИЦКИЙ: После того, как они добились этой чертовой независимости, вот тут вот и понеслось. Всякие ужасные мусульмане, перевороты, геноциды, Руанды, Бурундии и прочее, и прочее. А были прекрасные Кения, Уганда, Тангоника, британское владычество, бары, рестораны, отели и прочее. 

У меня были знакомые в столице Сомали, городе Могадишо. Они сказали, что такое ощущение, что когда-то это была шикарная цивилизация, а теперь это всё как потерянные в джунглях города Камбоджи. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Я поняла. Ладно. Все в Африку. 

А.ТРОИЦКИЙ: Короче говоря, отличное у меня есть слово – «суверенная колония». Вот, Россия будет суверенной колонией. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Боже. Нет. Давайте, вот, без вот этого и без колоний. Спасибо большое. 

А.ТРОИЦКИЙ: Звучит гордо? Нет, скажи, звучит гордо? 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: 30 секунд уже перебрали. 

А.ТРОИЦКИЙ: Я считаю, очень по-путински, очень по-сурковски. 

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Спасибо большое. Артемий Троицкий в «Особом мнении». 

Источник: "Эхо Москвы"