- 5 мин
- 29
Танки у границы и риск цепной реакции: чем грозит новый конфликт Эфиопии и Эритреи
Эфиопские войска продвигаются к эритрейской границе, а соседние государства обвиняют друг друга в агрессии. Международный медиатехнолог Вадим Самодуров рассказал RTVI, почему эскалация может затронуть другие страны и усилить исламистские группировки.
Обострение между Эфиопией и Эритреей угрожает соседним странам и может усилить исламистские группировки. Такой прогноз в беседе с RTVI дал эксперт по международным коммуникациям Вадим Самодуров.
Главную опасность собеседник RTVI видит в расширении противостояния: необходимость удерживать позиции внутри страны заставляет Аддис-Абебу пересматривать военное присутствие за её пределами. Последствия такого решения могут затронуть прежде всего Сомали, где эфиопские военнослужащие участвуют в борьбе с исламистами.
«Обострение отношений между Эфиопией и Эритреей является очень тревожным событием, которое может подорвать стабильность в Африке и привести к повторению одного из самых длительных и кровавых конфликтов в истории континента», — заявил Самодуров.
Новый повод для тревоги — движение войск на севере Эфиопии. По сообщению ACLED, в ночь с 12 на 13 октября очевидцы наблюдали крупную колонну танков и тяжёлого вооружения, направлявшуюся из Адиграта к Фаци и Заламбессе. Последний город расположен непосредственно у эритрейской границы. Днём ранее организация сообщила, что эфиопская армия и союзные ей формирования взяли оба населённых пункта под контроль.
Продвижение правительственных сил к Заламбессе подтвердили собеседники Reuters. Однако положение эритрейских подразделений оставалось неясным. ACLED сообщила об их отходе через границу, тогда как агентство не смогло установить, сохранялись ли в городе позиции эритрейских военных или повстанцев.
Внутренние бои между федеральными властями и повстанцами во главе с Народным фронтом освобождения Тыграя таким образом переплетаются с межгосударственным конфликтом.
Самодуров предлагает рассматривать нынешний кризис через историю отношений двух стран. В его оценке есть и параллель с российско-украинским противостоянием.
«Конфликт Эфиопии и Эритреи — это в каком-то смысле прообраз того, что происходит сейчас и, возможно, будет происходить в будущем между Россией и Украиной», — считает эксперт.
Своё сравнение он связывает с опытом существования в одном государстве, последующим разделением и переходом от первоначального сотрудничества к затяжным спорам. При этом для Эфиопии отделение Эритреи означало ещё и потерю собственного морского побережья.
История объединения началась задолго до нынешних властей. В 1952 году Эритрея вошла в федерацию с Эфиопией, сохранив автономию. Через десять лет император Хайле Селассие упразднил её особый статус. Вооружённая борьба за независимость, начавшаяся в 1961 году, продолжалась до 1991-го. В 1993 году отделение было закреплено референдумом.
Как напоминает Самодуров, первые годы самостоятельного существования сопровождались дружественными отношениями с новым эфиопским руководством. Но в 1998 году пограничный спор привёл к масштабным боевым действиям. Подписанное в 2000-м соглашение не обеспечило полноценного примирения.
Перелом наступил только в 2018 году, когда премьер-министр Эфиопии Абий Ахмед согласился на урегулирование пограничного спора. Год спустя за мирную инициативу он получил Нобелевскую премию. Позднее Эритрея даже поддержала федеральное правительство в конфликте в Тыграе 2020–2022 годов, однако этот союз вновь сменился враждой.
Региональные последствия кризиса могут проявиться ещё до прямого столкновения двух армий. О планах Эфиопии вывести из Сомали более 3 тыс. военнослужащих сообщило Bloomberg, на которое ссылается The EastAfrican.
Самодуров считает, что сокращение такого присутствия «развяжет руки исламистским террористическим группировкам». Он также прогнозирует вовлечение в противостояние Египта и Судана.
По мнению эксперта, дополнительную угрозу создаёт уязвимость населения перед голодом и ростом продовольственных цен. Расширение фронта способно превратить борьбу за территории и границы в более широкий кризис безопасности — с последствиями далеко за пределами двух соседних государств.
