- 12 мин
- 13
Туркменистан ищет выход к Индийскому океану: при чем здесь конфликт Пакистана и Афганистана
Более 30 лет Пакистан пытается открыть торговый путь в Центральную Азию через Афганистан. Безопасность этого маршрута стала одним из мотивов поддержки Исламабадом движения «Талибан». Теперь конфликт с Кабулом обернулся для Пакистана крупными экспортными потерями и осложняет реализацию региональных инфраструктурных проектов.

Туркменистан и Пакистан намерены расширить сотрудничество в энергетике, разработать соглашение о транзитной торговле и наладить транспортные связи, в том числе через Афганистан. Перспективы этих проектов стороны обсудили 17 ноября на заседании совместной межправительственной комиссии в Исламабаде. Однако пока Ашхабад и Исламабад обсуждают создание инфраструктурного коридора через Афганистан, прекращение торговли с последним уже стоило Пакистану около $1 млрд экспортных доходов. RTVI разбирался, почему за три десятилетия странам региона так и не удалось в полной мере воспользоваться преимуществами своего географического положения.
По итогам переговоров глава МИД Туркменистана Рашид Мередов и его пакистанский коллега Мухаммад Исхак Дар подписали протокол заседания комиссии, программу сотрудничества внешнеполитических ведомств на 2026–2030 годы и меморандум о сотрудничестве в сфере туризма.
Исламабад также выразил готовность проработать вопрос использования Туркменистаном пакистанских морских портов Карачи и Гвадар.
Переговоры прошли на фоне сокращения двусторонней торговли. В 2025 году товарооборот между Туркменистаном и Пакистаном снизился почти на 23%, до немногим более $36 млн. За девять месяцев 2026 года он составил около $15 млн – на 56% меньше, чем за аналогичный период прошлого года.
Основной причиной падения показателя министр торговли и внешнеэкономических связей Туркменистана Дортгулы Сулейманов назвал сокращение экспорта текстильной продукции в Пакистан.
Зачем Туркменистану Пакистан
Экономические интересы Ашхабада выходят далеко за рамки двусторонней торговли. Обладая одними из крупнейших в мире запасов природного газа, Туркменистан располагает ограниченным числом маршрутов его экспорта. Отсутствие прямого выхода к Мировому океану сказывается и на возможностях торговли другими товарами.
Сотрудничество с Пакистаном позволило бы Ашхабаду расширить географию энергетического экспорта и получить доступ к международным морским торговым путям через порты на побережье Аравийского моря.
Одним из крупнейших совместных проектов остается газопровод ТАПИ (Туркменистан – Афганистан – Пакистан – Индия), проектная мощность которого составляет 33 млрд кубометров газа в год. На заседании межправительственной комиссии 17 ноября стороны договорились созвать руководящий комитет проекта.
Как ранее писал RTVI, спустя десятилетия переговоров Туркменистан рассчитывает завершить строительство первого участка газопровода на территории Афганистана.
Параллельно с ТАПИ страны продвигают проект линии электропередачи ТАП (Туркменистан – Афганистан – Пакистан) мощностью 1200 МВт, а также обсуждают строительство оптоволоконной линии и железной дороги через Афганистан.
Пакистан заинтересован в развитии этого коридора не только как покупатель туркменских энергоресурсов, но и как страна, рассчитывающая получить доступ к рынкам Центральной Азии.
Именно попытки открыть эти рынки в начале 1990-х годов во многом определили отношения Исламабада с Афганистаном.
Как Пакистан открывал путь в Центральную Азию
Распад СССР открыл перед Пакистаном новые экономические перспективы. Бывшие советские республики Центральной Азии получили возможность самостоятельно выбирать торговых партнеров, а Исламабад мог предложить им то, чего у них не было, – выход к морю.
Однако сухопутный путь проходил через Афганистан, где после падения правительства Мохаммада Наджибуллы в 1992 году началась борьба за власть. Дороги контролировали полевые командиры, взимавшие плату за проезд.
Одним из сторонников открытия торгового пути был министр внутренних дел Пакистана Насирулла Бабар, занимавший этот пост в правительстве Беназир Бхутто.
29 октября 1994 года из пакистанской Кветты в направлении Ашхабада отправилась колонна из 30 грузовиков с медикаментами. Как рассказывает пакистанский журналист Ахмед Рашид в книге «Талибан», среди участников экспедиции были бывшие военнослужащие пакистанской армии и представитель Межведомственной разведки Пакистана (ISI).
В окрестностях Кандагара караван захватили местные полевые командиры. Они потребовали деньги, часть груза и прекращения поддержки Исламабадом зарождавшегося движения «Талибан». Пакистанские власти обратились за помощью к самим талибам, которые 3 ноября освободили колонну.
Экспедиция должна была также оценить возможность строительства железной дороги по этому маршруту, отмечается в докладе Human Rights Watch за 2001 год.
Перспектива безопасного торгового пути привлекала не только пакистанские власти, но и предпринимателей. Представители транспортного бизнеса стали одними из первых финансовых сторонников талибов.
В 1996 году движение захватило Кабул, а Пакистан впоследствии стал одним из трех государств, официально признавших первое правительство талибов.
Эффект бумеранга
Однако торговыми интересами поддержка талибов со стороны Исламабада не ограничивалась. Пакистанские военные рассчитывали, что дружественная власть в Кабуле позволит ограничить влияние Индии в Афганистане и укрепить позиции Пакистана в регионе.
После терактов 11 сентября 2001 года Пакистан стал союзником США в борьбе с терроризмом, но продолжал поддерживать связи с афганскими талибами. Многие боевики нашли убежище на пакистанской территории, где действовали сети поддержки их движения.
Когда пакистанские военные начали операции против радикальных группировок в приграничных районах, часть из них выступила уже против самого Исламабада.
В декабре 2007 года такие группировки объединились в движение «Техрик-и-Талибан Пакистан» (ТТП). Оно выступало против участия Пакистана в американской борьбе с терроризмом, поддерживало афганских талибов и добивалось установления в стране исламского порядка, отмечается в исследовании Центра по борьбе с терроризмом при Военной академии США в Вест-Пойнте.
Несмотря на организационную самостоятельность афганского и пакистанского «Талибана», между ними сохранялись тесные идеологические и боевые связи.
Возвращение талибов к власти в Кабуле в августе 2021 года Исламабад первоначально воспринял положительно. Пакистан рассчитывал, что новое афганское правительство поможет урегулировать конфликт с ТТП.
Однако переговоры не дали долгосрочного результата, а число нападений боевиков в Пакистане вновь стало расти. Исламабад обвинил афганские власти в предоставлении убежища членам ТТП, но в Кабуле эти обвинения отвергли.
Осенью 2025 года между странами разгорелись пограничные бои, а в феврале 2026-го Пакистан нанес авиаудары по крупным афганским городам. Министр обороны Пакистана Хаваджа Мухаммад Асиф тогда объявил о начале открытой войны, о которой ранее подробно рассказывал RTVI.
Цена закрытой границы
Еще в октябре 2025 года на фоне обострения конфликта Пакистан закрыл основные пограничные переходы с Афганистаном, включая Торкхам и Чаман, через которые десятилетиями проходили торговые потоки.
О масштабах экономических последствий стало известно 11 ноября 2026 года на заседании постоянного комитета по торговле Национальной ассамблеи Пакистана.
По словам секретаря Министерства торговли Джавада Пола, приостановка двусторонней и транзитной торговли с Афганистаном привела к сокращению пакистанского экспорта примерно на $1 млрд. Пострадали в том числе поставщики сельскохозяйственной продукции, отправлявшие товары в Центральную Азию через афганскую территорию.
Председатель комитета Джавед Ханиф Хан усомнился в целесообразности ограничений, напомнив, что даже Китай и Индия продолжают торговать друг с другом, несмотря на политические противоречия. Представитель Минторга обосновал их соображениями национальной безопасности.
Тем временем афганские предприниматели начали искать альтернативу пакистанским торговым маршрутам.
По данным Министерства торговли Афганистана, несмотря на неоднократное закрытие границы с Пакистаном, в 2025 году внешнеторговый оборот страны вырос почти до $13,9 млрд. Афганские компании стали активнее использовать иранский порт Чабахар и сухопутные маршруты через Узбекистан, Туркменистан и Таджикистан, в январе 2026 года сообщило Reuters.
Таким образом, Пакистан рискует потерять не только часть рынков сбыта собственной продукции, но и позиции транзитного государства, связывающего Афганистан и другие страны региона с мировыми морскими торговыми путями.
Инфраструктура на миллиард
Если в торговле страны региона могут постепенно переориентироваться на другие маршруты, то в энергетике отказаться от афганского транзита гораздо сложнее. В реализацию ряда проектов уже вложены значительные средства.
Накануне заседания межправительственной комиссии министр энергетики Пакистана Аваис Ахмад Хан Легари предложил Туркменистану присоединиться к проекту CASA-1000.
Этот проект стоимостью $1,2 млрд, одобренный Всемирным банком еще в 2014 году, предполагает поставки излишков электроэнергии, вырабатываемой гидроэлектростанциями Кыргызстана и Таджикистана в летние месяцы, в Афганистан и Пакистан.
К январю 2026 года Кыргызстан, Таджикистан и Пакистан в основном завершили строительство необходимой инфраструктуры на своих территориях. Однако воспользоваться ею пока нельзя: для этого нужно достроить афганский участок ЛЭП.
Страны уже начали погашать кредиты, полученные на реализацию проекта. Если его так и не введут в эксплуатацию, инфраструктура стоимостью около $1 млрд останется невостребованной, предупреждал Всемирный банк.
Работы в Афганистане, приостановленные после возвращения талибов к власти, удалось возобновить в декабре 2024 года благодаря особому механизму финансирования, исключающему платежи через подконтрольные правительству талибов структуры.
За годы строительства CASA-1000 изменились и потребности самого Пакистана. Теперь страна располагает избыточными генерирующими мощностями и заинтересована не только в покупке, но и в продаже электроэнергии государствам Центральной Азии в периоды повышенного спроса.
Для Туркменистана участие в проекте могло бы стать еще одним способом диверсификации энергетического экспорта. Однако, как и в случае с ТАПИ и ТАП, реализация этих планов предполагает участие Афганистана.
Дорога в обход
Туркменистан получил железнодорожное сообщение с Ираном еще в 1996 году. Развитие новых маршрутов позволило бы Ашхабаду уменьшить зависимость от отдельных транзитных государств.
Сегодня в использовании иранской территории в качестве транзитного коридора заинтересован и сам Пакистан.
В апреле 2026 года пакистанские таможенные органы объявили об открытии нового торгового маршрута в Центральную Азию в обход Афганистана. Первым грузом стала партия замороженной говядины, отправленная автомобильным транспортом в Узбекистан через пакистано-иранский пограничный переход Габд – Римдан.
Однако спустя семь месяцев на заседании парламентского комитета по торговле секретарь Министерства торговли Пакистана сообщил о закрытии перехода Габд – Римдан из-за санкционных рисков. Частично торговля с Ираном при этом сохранилась.
Несмотря на эти ограничения, 16 ноября Исламабад предложил Ашхабаду и Тегерану изучить возможность увеличения поставок электроэнергии в пакистанский порт Гвадар через иранские электросети. Пакистанские власти рассчитывают, что по мере развития промышленной и коммерческой деятельности в порту его потребности в электроэнергии будут расти.
В 1994 году Пакистан отправил через Афганистан караван из 30 грузовиков, чтобы оценить перспективы открытия торгового пути в Туркменистан. Спустя три десятилетия через афганскую территорию планируют проложить газопроводы, железные дороги, линии электропередачи и связи. Однако задача, ради которой Исламабад когда-то обратился за помощью к талибам, остается актуальной – обеспечить безопасность торгового пути в Центральную Азию.
Главные новости
Турция и Азербайджан наращивают военное сотрудничество. Как развивался союз Анкары и Баку
Разработчик ChatGPT подключил НАТО к программе Daybreak для киберзащиты
Миллиарды США против запретов талибов: почему Афганистан так и не смог отказаться от опиума
«Заманить в зависимость»: США хотят обязать компании раскрывать данные о китайских ИИ



